Поэзия: эпос, лирика, драма

Тема в разделе "Литературное Обозрение", создана пользователем PennAnDragon, 26 янв 2015.

  1. PennAnDragon

    PennAnDragon Модератор Команда форума

    Регистрация:
    11 май 2014
    Сообщения:
    5.892
    А кто помнит полностью "Стихи о советском паспорте" Маяковского? Очень мощно и патриотично я считаю.

    Я волком бы
    выграз
    бюрократизм.
    К мандатам
    почтения нету.
    К любым
    чертям с матерями
    катись
    любая бумажка.
    Но эту...
    По длинному фронту
    купе
    и кают
    чиновник
    учтивый движется.
    Сдают паспорта,
    и я
    сдаю
    мою
    пурпурную книжицу.
    К одним паспортам -
    улыбка у рта.
    К другим -
    отношение плевое.
    С почтеньем
    берут, например,
    паспорта
    с двухспальным
    английским левою.
    Глазами
    доброго дядю выев,
    не переставая
    кланяться,
    берут,
    как будто берут чаевые,
    паспорт
    американца.
    На польский -
    глядят,
    как в афишу коза.
    На польский -
    выпяливают глаза
    в тугой
    полицейской слоновости -
    откуда, мол,
    и что это за
    географические новости?
    И не повернув
    головы кочан
    и чувств
    никаких
    не изведав,
    берут,
    не моргнув,
    паспорта датчан
    и разных
    прочих
    шведов.
    И вдруг,
    как будто
    ожогом,
    рот
    скривило
    господину.
    Это
    господин чиновник
    берет
    мою
    краснокожую паспортину.
    Берет -
    как бомбу,
    берет -
    как ежа,
    как бритву
    обоюдоострую,
    берет,
    как гремучую
    в 20 жал
    змею
    двухметроворостую.
    Моргнул
    многозначаще
    глаз носильщика,
    хоть вещи
    снесет задаром вам.
    Жандарм
    вопросительно
    смотрит на сыщика,
    сыщик
    на жандарма.
    С каким наслажденьем
    жандармской кастой
    я был бы
    исхлестан и распят
    за то,
    что в руках у меня
    молоткастый,
    серпастый
    советский паспорт.
    Я волком бы
    выгрыз
    бюрократизм.
    К мандатам
    почтения нету.
    К любым
    чертям с матерями
    катись
    любая бумажка.
    Но эту...
    Я
    достаю
    из широких штанин
    дубликатом
    бесценного груза.
    Читайте,
    завидуйте,
    я -
    гражданин
    Советского Союза.
     
    • Отлично! Отлично! x 1
  2. Арапхель

    Арапхель Гость

    По Маяковскому

    "Сплин" перепел "Лиличке", назвав его "Маяк"

    Дым табачный воздух выел.
    Комната -
    глава в крученыховском аде.
    Вспомни -
    за этим окном
    впервые
    руки твои, исступленный, гладил.
    Сегодня сидишь вот,
    сердце в железе.
    День еще -
    выгонишь,
    можешь быть, изругав.
    В мутной передней долго не влезет
    сломанная дрожью рука в рукав.
    Выбегу,
    тело в улицу брошу я.
    Дикий,
    обезумлюсь,
    отчаяньем иссечась.
    Не надо этого,
    дорогая,
    хорошая,
    дай простимся сейчас.
    Все равно
    любовь моя -
    тяжкая гиря ведь -
    висит на тебе,
    куда ни бежала б.
    Дай в последнем крике выреветь
    горечь обиженных жалоб.
    Если быка трудом уморят -
    он уйдет,
    разляжется в холодных водах.
    Кроме любви твоей,
    мне
    нету моря,
    а у любви твоей и плачем не вымолишь отдых.
    Захочет покоя уставший слон -
    царственный ляжет в опожаренном песке.
    Кроме любви твоей,
    мне
    нету солнца,
    а я и не знаю, где ты и с кем.
    Если б так поэта измучила,
    он
    любимую на деньги б и славу выменял,
    а мне
    ни один не радостен звон,
    кроме звона твоего любимого имени.
    И в пролет не брошусь,
    и не выпью яда,
    и курок не смогу над виском нажать.
    Надо мною,
    кроме твоего взгляда,
    не властно лезвие ни одного ножа.
    Завтра забудешь,
    что тебя короновал,
    что душу цветущую любовью выжег,
    и суетных дней взметенный карнавал
    растреплет страницы моих книжек…
    Слов моих сухие листья ли
    заставят остановиться,
    жадно дыша?

    Дай хоть
    последней нежностью выстелить
    твой уходящий шаг.



    у "Сансары" есть очень хорошее булькающее прочтение "Письма Татьяне Яковлевой"

    В поцелуе рук ли,
    губ ли,
    в дрожи тела
    близких мне
    красный
    цвет
    моих республик
    тоже
    должен
    пламенеть.
    Я не люблю
    парижскую любовь:
    любую самочку
    шелками разукрасьте,
    потягиваясь, задремлю,
    сказав -
    тубо -
    собакам
    озверевшей страсти.
    Ты одна мне
    ростом вровень,
    стань же рядом
    с бровью брови,
    дай
    про этот
    важный вечер
    рассказать
    по-человечьи.
    Пять часов,
    и с этих пор
    стих
    людей
    дремучий бор,
    вымер
    город заселенный,
    слышу лишь
    свисточный спор
    поездов до Барселоны.
    В черном небе
    молний поступь,
    гром
    ругней
    в небесной драме,-
    не гроза,
    а это
    просто
    ревность двигает горами.
    Глупых слов
    не верь сырью,
    не путайся
    этой тряски,-
    я взнуздаю,
    я смирю
    чувства
    отпрысков дворянских.
    Страсти корь
    сойдет коростой,
    но радость
    неиссыхаемая,
    буду долго,
    буду просто
    разговаривать стихами я.
    Ревность,
    жены,
    слезы...
    ну их! -
    вспухнут веки,
    впору Вию.
    Я не сам,
    а я
    ревную
    за Советскую Россию.
    Видел
    на плечах заплаты,
    их
    чахотка
    лижет вздохом.
    Что же,
    мы не виноваты -
    ста мильонам
    было плохо.
    Мы
    теперь
    к таким нежны -
    спортом
    выпрямишь не многих,-
    вы и нам
    в Москве нужны
    не хватает
    длинноногих.
    Не тебе,
    в снега
    и в тиф
    шедшей
    этими ногами,
    здесь
    на ласки
    выдать их
    в ужины
    с нефтяниками.
    Ты не думай,
    щурясь просто
    из-под выпрямленных дуг.
    Иди сюда,
    иди на перекресток
    моих больших
    и неуклюжих рук.
    Не хочешь?
    Оставайся и зимуй,
    и это
    оскорбление
    на общий счет нанижем.
    Я все равно
    тебя
    когда-нибудь возьму -
    одну
    или вдвоем с Парижем.
     
    Последнее редактирование модератором: 30 янв 2015
    • Отлично! Отлично! x 2
  3. PennAnDragon

    PennAnDragon Модератор Команда форума

    Регистрация:
    11 май 2014
    Сообщения:
    5.892
  4. Арапхель

    Арапхель Гость

    Иосиф Бродский
    На независимость Украины


    Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
    слава Богу, проиграно. Как говорил картавый,
    "время покажет Кузькину мать", руины,
    кости посмертной радости с привкусом Украины.
    То не зелено-квитный, траченный изотопом,--
    жовто-блакытный реет над Конотопом,
    скроенный из холста, знать, припасла Канада.
    Даром что без креста, но хохлам не надо.
    Гой ты, рушник, карбованец, семечки в полной жмене!
    Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
    Сами под образами семьдесят лет в Рязани
    с залитыми глазами жили, как при Тарзане.
    Скажем им, звонкой матерью паузы медля строго:
    скатертью вам, хохлы, и рушником дорога!
    Ступайте от нас в жупане, не говоря -- в мундире,
    по адресу на три буквы, на все четыре
    стороны. Пусть теперь в мазанке хором гансы
    с ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
    Как в петлю лезть -- так сообща, путь выбирая в чаще,
    а курицу из борща грызть в одиночку слаще.
    Прощевайте, хохлы, пожили вместе -- хватит!
    Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
    брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый
    кожаными углами и вековой обидой.
    Не поминайте лихом. Вашего хлеба, неба,
    нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
    Нечего портить кровь, рвать на груди одежду.
    Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
    Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом?
    Вас родила земля, грунт, чернозем с подзолом.
    Полно качать права, шить нам одно, другое.
    Это земля не дает вам, кавунам, покоя.
    Ой да Левада-степь, краля, баштан, вареник!
    Больше, поди, теряли -- больше людей, чем денег.
    Как-нибудь перебьемся. А что до слезы из глаза --
    нет на нее указа, ждать до другого раза.
    С Богом, орлы, казаки, гетманы, вертухаи!
    Только когда придет и вам помирать, бугаи,
    будете вы хрипеть, царапая край матраса,
    строчки из Александра, а не брехню Тараса.

    30.10.1992
     
    • Отлично! Отлично! x 2
  5. Richter

    Richter чемпиён カンチョ

    Регистрация:
    26 фев 2014
    Сообщения:
    3.632
    Адрес:
    NN-City
  6. Richter

    Richter чемпиён カンチョ

    Регистрация:
    26 фев 2014
    Сообщения:
    3.632
    Адрес:
    NN-City
    (с) некто Андрей Добрынин.
     
  7. PennAnDragon

    PennAnDragon Модератор Команда форума

    Регистрация:
    11 май 2014
    Сообщения:
    5.892
    На днях из Ульяновска пришло письмо: «Уважаемая редакция! В преддверии праздника Победы, возможно, вас заинтересует еще одно живое свидетельство такой недавней и уже далекой войны. Посылаю вам небольшую подборку стихов моего отца - профессионального художника, фронтовика Куликова Юрия Ивановича. Всю войну он прошел простым солдатом, воспоминания о которой не оставляли его практически всю жизнь. Сначала они находили отражение в его графических и живописных работах, а гораздо позже - в стихах.
    Стихи отец начал писать поздно, хотя поэтическая душа жила в нем с рождения. Писал он редко и только по вдохновению, когда чувствовал, что возможностей живописи и графики недостаточно для того, чтобы рассказать о «своей» войне,
    Где все не так, как на экране,
    Но я все там, и до сих пор
    Обоймою воспоминаний
    Стреляет прошлое в упор. -
    Первый сборник стихов отца вышел только в 2006 году, через шесть лет после его смерти. Основная тема представленной «Красной звезде» подборки - это, конечно, война и память о войне. К подборке прилагаю одну из его графических работ.
    С уважением
    И. Шемарина (Куликова)».


    Наступление
    Застыли вздыбленной дугой
    Разрывом сорванные траки.
    Над обгорелою землей
    Чадят подорванные баки.

    И в трауре летящей сажи,
    В тяжелом масляном огне
    Уходят души экипажа
    Через пробоины в броне.

    А полк, окутываясь дымом,
    В прорыв немецких рубежей
    На скорости проходит мимо
    С форсажным ревом дизелей.

    Для остановок нет минуты,
    У наступленья свой закон:
    Греметь раскатами салюта
    Вдали от скорби похорон.

    И уходящих провожая,
    Как веха на пути войны,
    В броне безмолвно остывает
    Горячий сгусток тишины.


    Истребитель
    И боги, и черти, и рати святых
    От этого боя сбежали,
    Тяжелый удар попаданий прямых
    Корежит заклепки дюраля.

    И рухнули в небе к возврату мосты.
    Машине, пылающей заживо,
    Не вырвать у смерти набор высоты
    Последним надрывом форсажа.

    Другие сожгут в карусели огня
    Патроны, бензин и минуты,
    И в небо надежда бросает меня
    Под шелковый взрыв парашюта.

    Но шелк не броня, и стропы тонки,
    И принимает стремительно
    Земля громыхающей Курской дуги
    Летящего к ней истребителя.


    * * *
    С экрана в зал ломились танки
    Всей бутафорией своей,
    Глуша остаток перебранки
    Опаздывающих у дверей.

    Через восторги детских кресел
    Катился вал огня, смертей.
    И весь экран был мал и тесен
    Для воинских кинострастей.

    А я, забывшись, издалека,
    Как будто бы со стороны,
    Увидел свой окоп глубокий,
    Корявый мир своей войны,
    Где все не так, как на экране,
    Но я все там, и до сих пор
    Обоймою воспоминаний
    Стреляет прошлое в упор.


    http://old.redstar.ru/2010/04/28_04/5_01.html
     
    • Отлично! Отлично! x 2
  8. PennAnDragon

    PennAnDragon Модератор Команда форума

    Регистрация:
    11 май 2014
    Сообщения:
    5.892
    Наконец-то нашел русский перевод поэмы Горный венец.

    Нек се овај вијек горди над свијема вјековима,
    он ће ера бити страшна људскијема кољенима.
    У њ се осам близанацах у један мах изњихаше
    из колевке Белонине, и на земљи показаше:
    Наполеон, Карло, Блихер, кнез Велингтон и Суворов.
    Карађорђе, бич тирјанах, и Шварценберг и Кутузов.
    Ареи је, страва земна, славом бојном њих опио
    и земљу им за поприште, да се боре, назначио.
    Из грмена великога лафу изаћ трудно није,
    у великим народима генију се гњ'јездо вије:
    овде му је поготову материјал к славном дјелу
    и тријумфа дични в'јенац, да му краси главу смјелу.
    Ал' хероју тополскоме, Карађорђу бесмртноме,
    све препоне на пут бјеху, к циљу доспје великоме:
    диже народ, крсти земљу, а варварске ланце сруши,
    из мртвијех Срба дозва, дуну живот српској души.
    Ево тајна бесмртника: даде Србу сталне груди;
    од витештва одвикнута у њим лафска срца буди.
    Фараона источнога пред Ђорђем се мрзну силе,
    Ђорђем су се српске мишце са витештвом опојиле!
    Од Ђорђа се Стамбол тресе, крвожедни отац куге,
    сабљом му се Турци куну - клетве у њих нема друге.



    Пусть век этот вознесется гордо над веками всеми:
    Для грядущих поколений будет страшно наше время
    Восемь близнецов вскормились у Беллоны в колыбели,
    на земле они явились, грозной славой прогремели.
    то Наполеон и Блюхер, Веллингтон князь и Суворов,
    турок бич Карагеоргий, Шварценберг, Карл и Кутузов.
    Бог Арей их, словно хмелем, опоил военной славой
    и всю землю предназначил для борьбы их величавой.
    Из большого леса часто лев выходит с гордым рыком,
    средь больших народов вьются гнезда гениям великим,
    гению там для свершений многое уже готово,
    чтоб ему чело украсил в честь побед венок лавровый.
    Тоnолский герой Георгий в славном и бессмертном деле,
    несмотря на все препоны, все ж достиг великой цели:
    поднял он народ крещеный, рабство варварское рушил,
    сербов воскресил из мертвых. Вот его бессмертья тайна! Сербам дал стальные груди,
    у забывших бoгатырство львиные. сердца он будит!
    Перед ним бледнеют силы падишаха-фараона,
    опьянились богатырством мышцы сербов упоенно!
    Перед ним Стамбул трепещет, сам отец кровавой жатвы!
    Саблею его клянутся, - выше нет у турок клятвы!


    На русский язык было сделано несколько переводов. Кому принадлежит этот сказать не могу.

    Оригинал:
    http://www.rastko.rs/knjizevnost/umetnicka/gorski_vijenac_c.html

    Перевод:
    http://www.montenegrina.net/pages/pages_ru/knjizevnost/gorski_vijenac.html

    аудиокнига:


    фильм:
     
  9. PennAnDragon

    PennAnDragon Модератор Команда форума

    Регистрация:
    11 май 2014
    Сообщения:
    5.892
    "Гарики" Губермана.


    Бывает — проснешься, как птица,
    крылатой пружиной на взводе,
    и хочется жить и трудиться;
    но к завтраку это проходит.


    Когда нас учит жизни кто-то,
    я весь немею;
    житейский опыт идиота
    я сам имею.


    Не в силах жить я коллективно:
    по воле тягостного рока
    мне с идиотами — противно,
    а среди умных — одиноко.


    Россияне живут и ждут,
    уловляя малейший знак,
    понимая, что нае*ут,
    но не зная, когда и как.


    Ум полон гибкости и хамства,
    когда он с совестью в борьбе,
    мы никому не лжем так часто
    и так удачно, как себе.


    Чтоб выжить и прожить на этом свете,
    Пока земля не свихнута с оси,
    Держи себя на тройственном запрете:
    Не бойся, не надейся, не проси.


    Душа порой бывает так задета,
    что можно только выть или орать;
    я плюнул бы в ранимого эстета,
    но зеркало придется вытирать.
     
    • Отлично! Отлично! x 1
  10. PennAnDragon

    PennAnDragon Модератор Команда форума

    Регистрация:
    11 май 2014
    Сообщения:
    5.892
    ЗАВЕЩАНИЕ ПАВШИХ

    Сгнили флаги. Сменился режим.
    И границ пережаты аорты…
    Но оставьте нас там, где лежим, -
    Нам нельзя отступать даже мёртвым.

    Если б даже воскреснуть смогли,
    Если б стали бессмертной пехотой,
    Мы остались бы там, где слегли
    От смертельной военной работы.

    И в атаку по ржавым полям
    Шли бы в том же, имперском, размахе.
    Нету равных могильным холмам.
    Русский дух не слабеет во прахе.

    Не тревожьте истлевших солдат:
    Нам лежать, где война постелила,
    Мы привыкли - ни шагу назад,
    Нас не может исправить могила.

    Мы корнями насквозь проросли,
    Но навеки остались пехотой,
    Что в глубоких объятьях земли
    Мёртвой хваткою держит высоты.

    Леонид Корнилов
     
    • Отлично! Отлично! x 3
  11. to the mice

    to the mice Пользователь ДОЛБОЕБЫ

    Регистрация:
    12 ноя 2015
    Сообщения:
    215
    Александр Вертинский прикалывает меня последнее время, на buckethead похож и внешне и по посылу по-моему



    Есенина тоже почитываю. дед мой его стихи любил сильно.
     
  12. Petrushkin

    Petrushkin Зоофашист ДЕГЕНЕРАТЫ

    Регистрация:
    2 фев 2014
    Сообщения:
    8.303
  13. Пьянарь

    Пьянарь Жадный Геолог ДЕГЕНЕРАТЫ

    Регистрация:
    3 фев 2014
    Сообщения:
    4.075
    Добро должно быть с кулаками.
    Добро суровым быть должно,
    чтобы летела шерсть клоками
    со всех, кто лезет на добро.
    Добро не жалость и не слабость.
    Добром дробят замки оков.
    Добро не слякоть и не святость,
    не отпущение грехов.
    Быть добрым не всегда удобно,
    принять не просто вывод тот,
    что дробно-дробно, добро-добро
    умел работать пулемёт,
    что смысл истории в конечном
    в добротном действии одном –
    спокойно вышибать коленом
    добру не сдавшихся добром!

    (с) 1959 год, Куняев С.Ю.
     
    • Отлично! Отлично! x 3
  14. Petrushkin

    Petrushkin Зоофашист ДЕГЕНЕРАТЫ

    Регистрация:
    2 фев 2014
    Сообщения:
    8.303
    Очередное визуализированное произведение от Эм Калинина

     
    • Отлично! Отлично! x 1
  15. PennAnDragon

    PennAnDragon Модератор Команда форума

    Регистрация:
    11 май 2014
    Сообщения:
    5.892
    В "Гамлете" есть такие интересные метафорические строки, определяющие весь замысел данной пьесы:

    The time is out of joint. O, cursed spite
    That ever I was born to set it right.


    Буквальный перевод первого предложения: Время вывихнуто в суставе.

    Наиболее удачны и ближе всего по смыслу к оригиналу будут следующие литературные переводы:

    Век расшатался! И скверней всего,
    Что я рожден восстановить его!

    М.Л. Лозинский.

    Век вывихнут. О злобный жребий мой!
    Век вправить должен я своей рукой.

    А. Радлова.
     
  16. Memfis

    Memfis Пользователь

    Регистрация:
    6 мар 2014
    Сообщения:
    198
    Адрес:
    Воронеж
    А я вот свое размещу на ваш суд:

    Дайте выпить собаки! И кружку
    Ходит здесь в округе молва
    Что сегодня я без подружки
    Наебенюсь-ка я в дрова!

    Пусть горит огнем моя совесть
    Хотя что уж - давно догорела
    Для меня это будет не новость
    Э, бля, рюмка давно опустела!

    Расступитесь проклятые мрази
    Этот столик заказан для нас
    Для меня и моей напасти
    Буду пить утопая в словах

    Сам с собой поиграю в сатиру
    Пропущу сквозь себя эфир
    Дайте братцы скорее мне лиру
    Я свой самый любимый кумир

    Ну а что же вы вдруг замолчали?
    Слишком громко сегодня пою?
    Или в жизни чудес не видали?
    Я вас дружно вертел на хую

    Вдруг мутнеют вокруг очертания
    И теряется горький смысл
    Изливать на вас всех страдания
    Делать вид что не сладок, а кисл

    Привкус страха и человекобоязни
    Охвативший меня вдоль и поперек
    В этом корни моей неприязни
    К вашим рожам, но это урок

    Для меня и моей болезни
    В глубине остатков души
    Я в Вас верю. Ну правда! Не треснет
    Мое эго в алкогольной тиши.

    Потускнев, я осмелею
    Соберусь, одену пальто
    И уйду, упаду, охуею
    И пойму - все было не то.
     
    • Отлично! Отлично! x 3
  17. Amdu

    Amdu Администратор Команда форума ДЕГЕНЕРАТЫ

    Регистрация:
    27 янв 2014
    Сообщения:
    18.171
    Этот стих должен быть в заглавном в РЮМОЧНОЙ, например :appl:
     
  18. Petrushkin

    Petrushkin Зоофашист ДЕГЕНЕРАТЫ

    Регистрация:
    2 фев 2014
    Сообщения:
    8.303
    Начало охуенно - прям вот ОГОНЬ... :agree:
     
  19. ЫЫ

    ЫЫ Пользователь ДЕГЕНЕРАТЫ

    Регистрация:
    30 май 2014
    Сообщения:
    308
    Действительно, супер! Укоротить на несколько четверостиший и готога песня:up:
     
    • Согласен Согласен x 1
  20. Asmodeus

    Asmodeus Активный пользователь ДЕГЕНЕРАТЫ

    Регистрация:
    26 янв 2014
    Сообщения:
    3.861
    При прослушивании группы Кауан обратил внимание на стих который шёл на фоне музыки. Читался стих какой-то тётенькой, похоже какая-то старинная советская запись. Оказалось это Александр Блок.

    Сквозь серый дым от краю и до краю
    Багряный свет
    Зовет, зовет к неслыханному раю,
    Но рая — нет.

    О чем в сей мгле безумной, красно-серой,
    Колокола —
    О чем гласят с несбыточною верой?
    Ведь мгла — всё мгла.

    И чем он громче спорит с мглою будней,
    Сей праздный звон,
    Тем кажется железней, непробудней
    Мой мертвый сон.

    В общем клёго он там был вставлен. Атмосферно. Да и сам стих пездец депрессивный.
     
  21. Порноатеист

    Порноатеист Кошмар Каждой Матери ДЕГЕНЕРАТЫ

    Регистрация:
    17 фев 2014
    Сообщения:
    5.749
    Адрес:
    Уфа-матушка
    Вот этот стих прям до слёз цыпанул... жизненная история, грустно пиздец. :(
    [​IMG]
     
  22. Amdu

    Amdu Администратор Команда форума ДЕГЕНЕРАТЫ

    Регистрация:
    27 янв 2014
    Сообщения:
    18.171
    Сильно.
     
  23. Abscess

    Abscess Администратор ДЕГЕНЕРАТЫ

    Регистрация:
    26 янв 2014
    Сообщения:
    9.125
    Адрес:
    РСФСР
    Слышаццо отголоски "голуби летят над нашэй зоной" в сюжэте пестни :up:
     
  24. PennAnDragon

    PennAnDragon Модератор Команда форума

    Регистрация:
    11 май 2014
    Сообщения:
    5.892
    [​IMG]
     
    • Отлично! Отлично! x 1
  25. Richter

    Richter чемпиён カンチョ

    Регистрация:
    26 фев 2014
    Сообщения:
    3.632
    Адрес:
    NN-City
    (c) V. Khlebnikov
     
    • Отлично! Отлично! x 1
  26. Memfis

    Memfis Пользователь

    Регистрация:
    6 мар 2014
    Сообщения:
    198
    Адрес:
    Воронеж
    почему-то я думаю
    что для вас мне не хочется
    поднимать свою задницу
    нарушать одиночество

    почему-то загадочно
    вы себя преподносите
    а деле же гадостью
    в разговоре поносите

    отчего-то мучительны
    с вами видеться поводы
    потому как сомнительны
    в вашу сторону доводы

    мне чем дальше тем больше
    утвердительно кажется
    что слегка ебанутая
    в голове у вас кашица

    нарушая спокойствие
    моей скромной обители
    поступаете подло вы
    равносильно вредителям

    копошитесь в сознании
    ковыряетесь в прошлом
    в сокровенном же самом
    отвратительно-пошлом

    это все - моя вотчина
    отголоски прошедшего
    я давно на обочине
    я давно сумасшедший

    мне приятнее чувствовать
    ощущать все бессмыслие
    одиноко безумствовать
    в моей пьяной обители

    растворять мироздание
    в темноте своих фобий
    растерять все сознание
    среди блеклых подобий

    тех событий что ярко
    и потешно сияют
    в глубине моей памяти
    никогда не растают
     
  27. Spaziotuffatore

    Spaziotuffatore Активный пользователь

    Регистрация:
    16 июл 2014
    Сообщения:
    4.295
     
    • Отлично! Отлично! x 2
  28. Порноатеист

    Порноатеист Кошмар Каждой Матери ДЕГЕНЕРАТЫ

    Регистрация:
    17 фев 2014
    Сообщения:
    5.749
    Адрес:
    Уфа-матушка
    Хочу вас познакомить... Вот детскый поэт Пётр Синявскый и одно из лучших его стихотворений "Такса едет на такси" :kruto: -
    [​IMG]
    Заебись!:blush:
     
    • Отлично! Отлично! x 3
  29. Amdu

    Amdu Администратор Команда форума ДЕГЕНЕРАТЫ

    Регистрация:
    27 янв 2014
    Сообщения:
    18.171
    Охуенно! А.Барто, С.Я. Маршаг и Б.Заходер попраны! :appl:
     
  30. Порноатеист

    Порноатеист Кошмар Каждой Матери ДЕГЕНЕРАТЫ

    Регистрация:
    17 фев 2014
    Сообщения:
    5.749
    Адрес:
    Уфа-матушка
    Мне кажэццо детский поэт Синявскый в своём стихосложэнии в какойто мере освоил стиль пьяного мастера Табакая. :kruto:
     
    • Согласен Согласен x 2
  31. Amdu

    Amdu Администратор Команда форума ДЕГЕНЕРАТЫ

    Регистрация:
    27 янв 2014
    Сообщения:
    18.171
    Да, но до Народного далеко. Примитивизм, занете ли... Но направление верное. Пожелаем Петру удачи! Глядишь и на БДФ приглашение получит.
     
  32. Scar

    Scar Модератор

    Регистрация:
    26 янв 2014
    Сообщения:
    8.147
    Адрес:
    Уфа
    [​IMG]
     
    • Отлично! Отлично! x 2
  33. Meekaah

    Meekaah Модератор Команда форума ДЕГЕНЕРАТЫ

    Регистрация:
    30 янв 2014
    Сообщения:
    6.128
  34. Scar

    Scar Модератор

    Регистрация:
    26 янв 2014
    Сообщения:
    8.147
    Адрес:
    Уфа
    [​IMG]
     
    • Отлично! Отлично! x 2
  35. Игорь Иванович КЛЕПА

    Игорь Иванович КЛЕПА Пользователь ДОЛБОЕБЫ

    Регистрация:
    7 май 2014
    Сообщения:
    759
    Сегодня утром в ленте наткнулся на стихи Евтушенко, я не фанат стихов, а Евтушенко ну вот я вообще не люблю, но вот этот стих про рабочих КАМАЗа тронул меня до глубины души. Есть в нем такая даже не наивная соцреалистическая, а лживая романтика, никому не нужная, ну представьте, Набережные Челны, рабочий пьет после смены пиво, читает Бредбери, и думает о Марине Цветаевой. Если отпустить немного фантазию и посмотреть на всё это со стороны, то можно почувствовать некую не имеющую с реальностью, тем более с советской, ничего общего, апокалиптическую атмосферу.

    Поэта вне народа нет (глава из поэмы) (раскрыть)
    Когда усталою толпой
    идут строители КамАЗа,
    какой мне кажется пустой
    плаката бодрая гримаса.
    Он у столовки молодцом
    висит с восторженным лицом.
    Нет настоящей жизни в нем,
    он весь напыщен и надуман.
    Хорош плакат, когда умен,
    а этот, извините, дурень!
    Живет он будто в облаках.
    Жизнь для него неощутима.
    Хотя не бреется плакат,
    нет на его щеках щетины.
    Румян, как яблоко ранет,
    плакат, красивый сам собою.
    С плакатом жилпроблемы нет.
    Его жилплощадь — на заборе.
    Плакат не плачет, не поет.
    Плакат не сплюнет и не свистнет.
    Не выражается, не пьет
    и так задумчив, что не мыслит.
    Не вспоминал плакат с тоской
    Арбат, украинскую хату,
    не знал усталости, какой
    не пожелаю и плакату.
    А между тем несчастен он —
    наивный этот символ счастья,
    поскольку явно обделен
    рабочей гордостью участья.
    Закон строителей в стране,
    как ни мешают пустобрехи,
    есть неучастье в трепотне,
    зато участие в эпохе.
    Да, им не так уж просто жить,
    их труд — не марш на фестивале,
    но их не надо тормошить,
    чтобы на подвиги вставали.
    Есть у тебя, рабочий класс,
    не ради грамот и оваций
    талант — в бетон всю душу класть,
    но без души не оставаться.


    Вон там — полперечницы в щи
    в столовке высыпал монтажник.
    Следов от бед, его мотавших,
    в его улыбке не ищи.
    Улыбка эта так добра,
    хотя отгрохал беспримерно
    цех километра в полтора,
    сам не имея даже метра.
    На тесноту он не ворчит,
    лишь придержал карман украдкой,
    где в книжке Брэдбери торчит
    отвертка, будто бы закладка.
    Себе он хвастаться не даст
    о том, как ночью на площадке
    гасил горящий пенопласт
    и съел огонь ему полшапки.
    Ни на кого он не сердит,
    дитя нелегких пятилеток,
    и даже с лихостью сидит
    на голове огня объедок.
    Его рабочая спина
    полна величием сознанья,
    что на спине лежит страна
    с ракетодромами, стогами.
    По всей спине, по ширине —
    шоссе, заводы, шахты, цирки,
    а телебашен на спине —
    как будто банок медицинских!
    На ней — футбол, на ней — хоккей,
    на ней — театры, танцы-шманцы,
    и ходят вежливо по ней
    по старым шрамам иностранцы.
    Все, что убиты на войне,
    все, что до боли мало жили,
    в той похоронены спине —
    она стены кремлевской шире.

    На спину столькое легло!
    Но встал, прикончив щи, монтажник,
    расправив плечи так легко,
    как будто груз на них не тяжек.
    Забыл о том, что на спине.
    Его движения неловки.
    Он видит нечто в глубине
    стучащей мисками столовки.
    Там, взяв пластмассовый поднос,
    виденье в образе девчонки,
    и на щеках еще мороз,
    и на руках еще «верхонки».
    Ее ничуть в глазах парней
    не портит шалый проблеск «фикса»,
    и на спецовочке у ней
    ее пенатов имя — «Выкса».
    Она в заморском парике
    из натурального нейлона,
    и кисть малярная в руке
    на случай самообороны.
    И ей беда невелика
    из-за такого непорядка,
    что прорвалась ржаная прядка
    из-под брюнета-парика.
    И парень, как скользя по льду,
    ей опускает потихоньку
    конфету «Мишка» на ходу
    в чуть приоткрытую «верхонку».
    И парню в лоб не закатав,
    тот дар девчонка принимает
    и все, что надо, понимает,
    глазами что-то загадав.
    И парень лезет вновь наверх
    во вспышках сварочных трескучих,
    к судьбе своей страны навек
    монтажным поясом прикручен.

    ...Как в тайном смысле всех искусств,
    когда их жизнь сама вскормила,
    есть в стройках горько-сладкий вкус
    надежд на измененье мира.
    И в стройках есть прощанья боль —
    чуть пошатнувшись обалдело,
    увидеть вдруг перед собой —
    увы! — законченное дело.
    Но, потихонечку скорбя,
    перед своим созданьем робок,
    строитель чувствует себя,
    хотя б на миг — но всем народом.
    Строитель... В этом слове — Петр
    с окном, прорубленным в Европу,
    но сладок пот, рабочий пот
    лишь человеку, не холопу.
    Петр протянул нам пятерню,
    и ты, КамАЗ, как первый ботик,
    свежо прекрасен потому,
    что гений буйствует в работе.
    Как позолоченных цепей,
    чураясь лести песнопений
    о гениальности своей,
    народ—он сам народный гений!

    Когда усталою толпой
    идут строители КамАЗа,
    из их транзисторов гурьбой
    выпархивают звезды джаза.
    Дорога в лужах, кирпичах.
    Промокнув, хлопают портянки,
    но чертиками на плечах
    танцуют блюзы негритянки.
    Идут строители, шутя,
    в свои вагончики, общаги
    и у эпохи и дождя
    не просят скидки и пощады.
    Идут в спецовках, кожушках,
    а в целлофановых мешках
    (по моде местного розлива)
    несут елабужское пиво,
    трепещущее в их руках.
    А из Елабуги глядят
    глаза Цветаевой Марины,
    глядят, как будто на солдат
    на той войне неповторимой.
    Глаза, по-доброму строги,
    с печалью сдержанно-высокой
    прощают, что ее стихи
    едва ли знает каждый сотый.
    Но все же есть среди могил,
    слюдою льда мерцая робко,
    в снегу, который боль прикрыл,
    и к ней протоптанная тропка...

    Когда усталою толпой
    идут строители КамАЗа,
    как термин рабскости слепой,
    я отвергаю слово «масса».
    Народный университет —
    КамАЗ, где жизнь бурлит, грохочет.
    Но что такое «масса»? Нет
    двух одинаковых рабочих.
    Есть и рабочий-карьерист,
    рабочий-хам, рабочий-лодырь,
    но эти гады пробрались
    бочком в рабочую породу.
    Когда иной передовик
    стал вроде куклы для собраний,
    в себе он сам передавил
    надежды молодости ранней.
    В народе тот не состоит,
    кто пошлой мыслью пропитался
    о роли правящей элит —
    научной или пролетарской.
    Нам никакой не нужен трон,
    где восседали бы коварно
    надменный синхрофазотрон
    или, задравший нос, кувалда.
    Не лезет пусть в социализм
    тот, кто до выкриков охочий:
    «А ну, очкарик, сторонись!
    Ты кто таковский? Я —рабочий!»
    Псевдорабочий говорок
    противен так же, как отвратный
    научной шляхты гонорок:
    «Мы — мозг страны. Мы — технократы».
    Страны великой нашей мозг
    не только ССП и МОСХ —
    он и под шляпой инженерской,
    и под рабочим кепорком,
    он и под ситцевым платком
    крестьянки тульской или пермской.

    Тот не народ, в ком есть корысть.
    Но мало быть трудягой скромным.
    Жизнь превратится просто в жисть
    и прозябаньем станет темным.
    Не жизнь — ишачить допоздна
    с электросваркой и с лебедкой.
    А после что? Забить «козла»
    костьми, пропахшими селедкой?
    Дух поменять на домино —
    какая лживая невинность,
    ведь трудолюбие одно
    без правдолюбья — муравьиность.
    Лжеправдолюбцам грош цена.
    От их сутяжничества тошно,
    ведь правдолюбие крикуна
    без трудолюбия — ничтожно.
    Когда я говорю «народ»,
    я обращаюсь только к людям,
    в ком трудолюбье с правдолюбьем
    срослись — ничто не разорвет.

    Народ — моя семья, родня,
    но я в родне весьма разборчив.
    Народ не идол для меня.
    Я сам народ. Я сам рабочий.
    Поэта вне народа нет,
    как сына нет без отчей тени,
    то стоит одеревенеть —
    и упадешь до отчужденья.
    Есть отчужденье подпевал.
    В чем связь с народом подпевалы?
    Да только в том, что он, бывало,
    с народом вместе выпивал.
    В его стихах и сталь, и медь,
    да только рифма против правил.
    Вся цель его — успеть подпеть.
    Вдруг упрекнут — недопрославил.
    С народом вроде бы кумясь,
    но с ним на равных не бедуя,
    творит намаз тебе, КамАЗ,
    муллой опасного бездумья.
    Как пролетарственно ни пой,
    в поэте что-то от буржуя,
    когда намека нет на боль
    ни на свою, ни на чужую.
    Народом вскормленный делок
    литературных коридоров,
    он от народа так далек,
    как разливной томатный сок
    от настоящих помидоров.
    Воспев все виды кукуруз
    и тех, кто в космосе не дрогнул,
    он сам на деле просто трус,
    а тот, кто трус,— тот вне народа.

    Есть отчужденье отпевал.
    В чем связь с народом отпевалы?
    Его пугают самосвалы —
    он по лаптям затосковал.
    С какой тоской боярский быт
    он отпевает, словно дьякон.
    Малюта, видно, им забыт,
    а может быть, тайком оплакан.
    Певец кокошников, берез,
    он пахнет спесью барско-рабской.
    Он вам не то, что до Октябрьской —
    и до Февральской не дорос.
    Он отпевает Русь икон,
    по деревенькам их воруя.
    На стенах — бывших рысаков
    полуисплесневшая сбруя.
    В сиянье царских пятаков
    что ни вещичка здесь — то редкость.
    Лишь нет на стенах батогов,
    какими били наших предков.
    Какой-такой Руси посол
    певец, который сыто, чинно
    готов прикрашивать позор,
    чье воплощенье — Салтычиха?
    Он—из поддельных русаков.
    Когда жалеть он не умеет
    забитых насмерть мужиков,
    живых он, что ли, пожалеет?
    Он скорбно в бороду поет,
    но в «алярюсе» нет исхода...
    Кто вне своей эпохи, тот
    и, принародясь,— вне народа.

    Есть отчужденье токовал,
    самозаслушавшихся томно.
    Таких сражают наповал
    слова «портянка» или «домна».
    Поэт-глухарь, кого он спас?
    Он, как особенная птица,
    боится слишком низко пасть,
    чтобы до «пользы» опуститься.
    Поэт-глухарь всегда урод,
    когда, презрев народ за сивость,
    превыше слез твоих, народ,
    он ставит рифмочки красивость.
    Страх снизойти с вершин до «масс»
    его, как червь элитный, точит,
    не для его пера КамАЗ —
    он искамазаться не хочет.
    Тебя до строчки, Пастернак,
    сгребает он, как экскаватор,
    и ложной избранности знак
    несет на лбишке узковатом.
    Но не понять вовеки вам,
    жрецы изящности и жрички,
    слез, вдруг прихлынувших к глазам
    у Пастернака в электричке.
    Зовут бессмертных образцы:
    «Забудь красивые уюты!»
    Кто отвернется от минуты,
    не сможет вечность обрести.
    Псевдобессмертен смысл побега
    с эстетской лирой под плащом.
    Поэт — народная победа,
    когда народ в нем воплощен.

    Люблю надежный русский стих.
    Сейчас в нем время недорода,
    но тот, кто Пушкина постиг,
    тот навсегда не вне народа.
    Нам завещал патриотизм
    крестьянской доли, а не кваса,
    пытаясь сам душой спастись
    в спасенье пахаря, Некрасов.
    Есенин строчкой не соврал,
    и, людям став до боли нужной,
    тальянка выросла в хорал
    такой черемухово-вьюжный.
    Жизнь в революцию вложив,
    громил поделки мелкой сошки,
    мерзавцев наших и чужих,
    как бронепоезд, Маяковский.
    И было время — шли в штыки
    и ворвались в Берлин на танках
    родные русские стихи
    со звездочками на ушанках.
    И в нас входили с молоком
    великой матери России
    Светлов, Твардовский, Смеляков,
    врастали в нас и нас растили.
    Стихи — такое поле битв!
    Пусть те, в ком чувства не хватает
    своих поэтов полюбить,
    себя народом не считают.
    Большой читатель — сам поэт,
    мысль отличая от поветрий.
    Поэта вне народа нет,
    но нет народа вне поэтов.

    Любой, кто умственно заплыл,
    один «Футбол-хоккей» читая,
    в какой стране живет — забыл,
    лишь ясно—близко от Китая.
    Что в мире трогает его,
    когда он, анекдотя плоско,
    не мыслящее существо,
    а к телевизору присоска?
    Народ — кто сам себе не врет.
    Народ — кто враг духовной лени.
    Лишь тот, кто мыслит,— тот народ.
    Все остальные — населенье.
    Как мыслящих соединить?
    Как протянуть сквозь все бездумье
    от рыбака на Лене нить
    до академика из Дубны?
    Шагая на лесоповал,
    устав цемент и грунт ворочать,
    народ в поэтах видеть хочет
    не подпевал, а запевал.
    Какая сила у строки,
    когда на самых чистых нотах
    в ней—осмысление страны
    в ее трагедиях и взлетах!

    В смешенье снега и дождя
    однажды вечером над Камой
    я на роддом набрел, идя
    дорожкой лунной домотканой.
    Меня заметила в окне
    татарка-няня, улыбнулась,
    и в глубь палаты оглянулась,
    и пальцем погрозила мне.
    Решив, однако, нежестоко,
    что я — из страждущих папаш,
    вдруг подняла пищавший кокон,
    глазами спрашивая «Ваш?».
    И улыбнувшись ей ответно,
    «Нет»,— покачал я головой,
    хотя неправдой было это:
    ведь он был мой — он был живой.
    И вновь, пища поочередно,
    с наоборотностью в зрачках
    второй, и третий, и четвертый
    явились мне в ее руках.
    В наоборотный мир попавши,
    орали юные миры,
    и, как подвыпивший папаша:
    «Мои! — кричал я.— Все мои!»

    Поэт всегда большой ребенок.
    Поэт всегда большой отец
    новорожденных, убиенных,
    а не отец — тогда мертвец.
    И если нету в нас того
    большого умного отцовства,
    уж лучше, чтоб рука отсохла
    и не писала ничего.
    И взрослых дядей теребя,
    слепя сиянием глазенок,
    ждет осмысления себя
    новорожденный камазенок.
    Он восхитительно орет,
    он что-то хочет всем поведать...
    Чтобы понять себя, народ
    и создает своих поэтов.